ПРИТЧА О БОГАЧЕ И ЛАЗАРЕ И СКАЗКИ ОТКРОВЕНИЙ ИЗ ЗАГРОБНОЙ ЖИЗНИ (Часть 1)

Притча о богаче и Лазаре2 (далее, притча) представляет собой загадку для многих исследователей Библии. А для таких, как я, кто верит в условное бессмертие, что смерть — это бессознательное состояние, а ад — это место окончательного уничтожения, она представляет двойной вызов: а) в ней описывается непрерывное, сознательное существование после смерти; и б) огонь является орудием пытки, а не уничтожения. 

Несмотря на то, что эта притча часто приводится в поддержку доктрины о бессмертии души, она не является её подтверждением. В данной истории описываются не бессмертные души, обитающие в небесах или аду, а обычные люди, обладающие полной физической способностью видеть, слышать, говорить и ощущать тепло и холод. На самом деле, история двух главных героев притчи кажется совершенно перевёрнутым продолжением их жизни до смерти, где изменилось только место их нахождения.

Эта притча уникальна. Она не имеет ни прямой, ни даже отдалённой связи с другими библейскими историями. Даррел Бок назвал её «самой сложной» из историй Иисуса3. Поэтому учёные с разными взглядами советуют не рассматривать её, как открытие тайны загробной жизни4.

Предшествующая защита
Как бы то ни было, эту притчу очень трудно согласовать с верой в условное бессмертие. Те, кто отстаивал доктрину об условном бессмертии, обычно использовали идею Адольфа Жюлихер, а именно, что притчи — это иллюстративные истории с одной главной мыслью, где подробности служат всего лишь подпорками5. В данной притче главная мысль может заключаться в том, что после смерти уже нет возможности для раскаяния.

Эта линия защиты имеет свои достоинства, но поднимает трудные вопросы. Зачем было Иисусу рассказывать притчу со столькими подробностями, если эти подробности неважны? А также зачем использовать неудобные с богословской точки зрения подробности? Ту же главную мысль можно было бы выразить и с помощью более подходящего с богословской точки зрения языка. Кажется, что в этих деталях кроется какой‑то более глубокий смысл и попытка полностью их проигнорировать не решает проблему.

В этом коротком исследовании я привожу доводы, что Иисус показывает то, что Он знаком с литературным жанром поучительных рассказов, распространённом на древнем Ближнем Востоке, и в своём пересказе вскрывает противоречия этой истории таким образом, чтобы и показать несостоятельность этого жанра, и возвысить библейскую точку зрения.

Не библейские повествования
Исследователи соглашаются, что в Библии нет прямой параллели с этой притчей. Они также признают, что в культуре Ближнего Востока подобных историй существовало большое множество. Можно разделить эти истории на два типа: а) истории, когда в загробной жизни фортуна изменила человеку, и они имеют прямую параллель с данной притчей; и б) истории о загробной жизни, на которых основываются общие представления о загробной жизни.

Истории, когда в загробной жизни фортуна изменила: поиск непосредственных предпосылок.
Можно отметить ряд историй, где фортуна изменяет. Самая известная — египетская народная сказка (первый век н. э.)6. Египетский волшебник Си-осирис возвращается из Аменте, страны мёртвых, и воплощается в бедной семье Сетме. Однажды отец и сын сталкиваются с двумя похоронами — одни похороны богача, проводимые с великолепной пышностью; другие — похороны бедняка, которого бросают в общую могилу. Видя это, Сетме желает такой кончины, как у богача. Однако молодой Си-осирис знает другое. Поэтому он берёт своего отца в путешествие по Аменте, где они видят богача, находящегося в муках, в то время как бедняк стоит оправданный рядом с Осирисом, судьёй человечества.

Похожая еврейская сказка — сказка о Бар Майан (первый-второй век н. э.)7. Бар Майан — грешный и богатый сборщик налогов умирает, и ему устраивают пышные похороны. Бедный исследователь Торы также умирает, никем не замеченный, и его хоронят более чем скромно. Это вызывает у читателя вопрос о Божьей справедливости. В ответ Бог открывает, что после смерти их судьба перевернётся. Бар Майан сделал в своей жизни одно доброе дело, и он получает свою награду в пышных похоронах. Бедный учёный сделал одно плохое дело, за что и получил скромные похороны. Сборщик налогов теперь может постоянно ощущать муки ада, тогда как бедный учёный без помех переживает радость небес.

Рональд Хок ссылается на похожую греческую историю, рассказанную Луцием (120–180 век н. э.) 8. Три человека умирают и попадают в Гадес — богатый тиран Мегапентес, бедный сапожник Микиллус и философ. На суде философ и Микиллус найдены безгрешными и их посылают на благословенные острова, тогда как Мегапентес признан виновным и наказан соответственно своим проступкам.

Что показывают эти народные сказки? Они показывают, что мотив перевёрнутой судьбы в загробной жизни был распространён в разных культурах средиземноморского мира9.

Истории о загробной жизни: установление более широких связей.
Тогда как истории о радикальных переменах в загробной жизни являют наиболее непосредственную связь с нашей притчей, нужно иметь в виду и другие, более широкие связи: существование историй, рассказывающих о загробной жизни, включая возвращение из мёртвых, так как данная притча исследует (но отрицает) такое возвращение. Таких рассказов множество. Здесь я приведу лишь несколько из них.

Платон (428–348 гг. до н. э.) рассказывает историю о солдате Эре Памфилийском10, который был убит в сражении, но через несколько дней оживает. Будучи «мёртвым», Эр попадает в Гадес и видит суд, на котором добрые идут в рай, а злые наказываются. Ему настоятельно приказывают вернуться и рассказать о том, что он видел, предположительно для того, чтобы предупредить живых.

Плутарх (46–120 гг. н. э.) рассказывает похожую историю о Феспесиусе и Клеархусе Солийском и Клеонимусе11. Последняя сказка имеет интересный поворот. Находясь в Гадесе, Клеонимус встречается с другим случайным посетителем. Они договариваются, что, вернувшись на землю живых, они будут поддерживать друг с другом отношения.

Луциан рассказывает ещё одну сказку о возвращении. Человек по имени Клеоменес заболевает. Но его время ещё не пришло. По ошибке он попадает в Гадес лишь для того, чтобы узнать, что вместо него здесь должен был быть его сосед Демилус. Поэтому Клеоменеса отправляют обратно, а через несколько дней его сосед Демилус умирает.

Такие сказки, несмотря на то, что они имеют языческое происхождение, быстро обосновались в иудейской и христианской религии. Вавилонский Талмуд (второй-пятый века н. э.)12 рассказывает апокрифическую историю о пророке Самуиле, которому некоторые сироты доверили большое количество денег и которые он разместил у своего отца Аббы. Абба прячет деньги, но умирает и не успевает рассказать Самуилу, куда он их положил. Отчаянно стараясь отыскать доверенные деньги, Самуил посещает Аббу в стране мёртвых, узнаёт, где находятся спрятанные деньги, возвращает их сиротам, и всё заканчивается хорошо.

Христианским примером является история об Ианнии и Иамврии (первый–второй век н. э.) — двух братьях-волшебниках, которые — согласно преданию — противостояли Моисею при дворе фараона13. Ианний умирает. Иамврий вызывает дух Ианния из ада посредством чёрной магии, и Ианний сообщает Иамврию о его страданиях и о справедливости его участи и умоляет Иамврия покаяться, хотя мы и не знаем, чем всё закончилось14.

Таким образом, мы видим, что в древнем мире существовало огромное количество историй о перемене судьбы после смерти, как в данной притче, а также и историй, рассказывающих о загробной жизни, что также присутствует в притче. У нас есть очень понятный контекст: нравоучительные истории, которые были хорошо известны слушателям Иисуса, которые позволяют понять данную притчу.

Три общих элемента
Три общих элемента объединяют все подобные не библейские сказки в отдельный жанр. Первое, откровения от мёртвых всегда рассказывались с целью как‑то улучшить жизнь, призвать к покаянию. В отличие от Библии, которая утверждает, что мёртвые «ничего не знают» (Еккл. 9:5), такие истории предполагают, что мёртвые знают больше живых, и поэтому могут помочь живым.

Второе, весть от мёртвых может прийти разными способами: при посещении мёртвых в телесной форме (напр., Самуил) или в виде бестелесных духов (Эр или Клеоменес). Иногда мёртвые могут посетить живых в виде призраков или видений (Ианний), по собственной инициативе или будучи вызванными посредством чёрной магии (Ианний). Речь никогда не идёт о телесном воскресении, потому что в языческих культурах, где первоначально появились такие сказки, не было понимания телесного воскресения (Деян. 17:32).

Третье, откровения от мёртвых всегда подразумевают свидетеля, обычно названного по имени и хорошо известного. Присутствие названных и известных свидетелей делало такие истории более достоверными, которые звучали бы, как неправдивые. Интересно отметить, что притча о богаче и Лазаре — единственная из притч Иисуса, в которой присутствуют персонажи с именами15. Учитывая все эти предпосылки, теперь мы можем обратиться к притче.
______________________________________________________________________
1. Основные мысли этой статьи исходят от Kim Papaioannou, The Geography of Hell in the Teaching of Jesus: Gehenna, Hades, the Abyss, the Outer Darkness Where There Is Weeping and Gnashing of Teeth (Eugene, OR: Pickwick Publications, 2013).
2. Отсутствие черт, которые определяют это литературное произведение как притчу, и использование имени собственного для бедняка (что уникально для притчи), навело на мысль, является ли это повествование притчей. Некоторые считают её не притчей, а правдивой историей. Однако подробности этой притчи, обсуждаемые в данном исследовании, и её описание загробной жизни не отражают библейский взгляд на смерть. Произведение начинается с фразы «некоторый человек был богат», похожей на начало трёх других притч Луки (Лк. 14:16–24; 15:11–31; 16:1– 8). С другой стороны, в стихах 19–31 содержится сильная схожесть с рядом народных сказок, что будет обсуждаться далее. Т. о., мы можем назвать её притчей, сочинённой по образцу популярных народных сказок. Le Roy Froom, называет её «иносказательная басня». Le Roy Froom, The Conditionalist Faith of Our Fathers, vol. 1 (Washington DC: Review and Herald Pub. Assn., 1966), 239.
3. Darrell Bock, Luke 9:51–24:53, Baker Exegetical Commentary on the New Testament (Grand Rapids, MI: Baker Academic, 1986), 1377.
4. E.g., see the cautions of Joel B. Green, The Gospel of Luke (Grand Rapids, MI:
Eerdmans, 1997), 607, 08; William Smith, Dictionary of the Bible, vol. 2 (Cambridge: Cambridge University Press, 1869), 1038.
5. Adolf Jülicher, Die Gleichnisreden Jesu, 2 vols. (Tübingen: Mohr Siebeck, 1888, 1899).
6. Впервые сказка была упомянута Hugo Gressman, Vom reichen Mann und armen Lazarus: Eine literargeschichtliche Studie (Berlin: Kōnigliche Akademie der Wissenschaften, 1918). История упоминается в рукописи первого века н. э., но, возможно, намного старше.
7. Jerusalem Talmud, Haggadah, 2.77.
8. Ronald Hock, Lazarus and Micyllus: Greco-Roman Backgrounds to Luke 16:19–31, Journal of Biblical Literature 106, no. 3 (Sept. 1987): 55.
9. Там же, 455–63.
10. Plato, Republic, 10.614B–621B.
11. Richard Bauckham, «The Rich Man and Lazarus: The Parable and the Parallels», New Testament Studies 37, no. 2 (1991), 225–246.
12. Babylonian Talmud, Berakhot 18b.
13. Эта сказка рассказана в «Апокрифах о Ианнии и Иамврии» Бытие не называет и не перечисляет волшебников, которые противостояли Моисею, так же в нём ничего не говорится о том, что они были братьями. В еврейском предании они названы Ианнием и Иамврием, предание, известное в 2 Тим. 3:8.
14. Мы не знаем, раскаялся ли Иамврий, т. к. текст является фрагментарным, и заключения этой истории нет.
15. V. Tanghe считает Лазаря посланником Авраама, т. к. Лазарь — греческая версия еврейского Елиезер, слуга Авраама (Быт. 15:2; cf. 24:2). В притче такой связи не прослеживается. Однако в свете её связи с историями о загробной жизни, где известные свидетели обычно играют важную роль, вероятно, что такая связь между Лазарем и Елиезером могла возникнуть в умах слушателей. V. Tanghe, «Abraham, son fils et son envoye (Luc 16,19-31)», Revue Biblique 91 (1984): 557– 77.
Источник: КИМ ПАПАЙОАННУ (Журнал «Альфа и Омега»)

Добавить комментарий

Login